Страшно не остаться дома, страшно не остаться жить

История Ольги Романенко.

19.06.20 — СМИ о Фонде

Ольге Романенко 38 лет. Полтора года назад она отдыхала с мужем и дочкой в Египте и даже не думала, что буквально через пару месяцев ей поставят диагноз «лейкоз». После возвращения с моря у Ольги начались чудовищные головные боли. Пришлось лечь в отделение неврологии на курс капельниц — врачи посчитали это следствием вегетососудистой дистонии. При выписке врач спокойно отпустил ее домой, не сказав ни слова. Только недавно Ольга взглянула в те документы из больницы и увидела фразу: «Необходима консультация гематолога»...

«Хуже поломок не бывает»

После косметической процедуры у меня возникли осложнения, которые сопровождались отеком и температурой — я выглядела ужасно. Нужно было сдать анализы, чтобы установить причину. Анализ крови показал 50% бластов. Я не поверила и сдала кровь еще раз, но результаты оказались такими же. На следующий день мы с мужем поехали в Симферополь, в крупную клинику, где врачи и диагностировали мне лейкоз.

Мы с мужем плакали. Нужно было время все осознать. Но времени не было — лечение нужно было начинать срочно. Врач сказал, что лучше лечиться в Москве. Мы связались с НМИЦ Гематологии и нас обещали принять. В Москве диагноз подтвердили — острый миелобластный лейкоз. Как сказал врач: «Хуже поломок не бывает». Меня госпитализировали в тот же день.

У нас в Феодосии небольшая гостиница и, оказавшись в больнице, я старалась продолжать вести дела по телефону. Моя дочь в то время сдавала ЕГЭ и прошла весь путь самостоятельно — ни я, ни муж, не могли быть с ней рядом. Мне пришлось пропустить ее выпускной вечер в школе. Я была настроена бороться, но тогда я совсем не представляла, что меня ждет.

«Я умираю!»

Я знала, что лейкоз лечится и опускать руки нельзя. Мне начали химиотерапию — первый курс, второй, третий... Но все без толку. Перед четвертым курсом химии, после разговора с врачом, я поняла — шансов нет. Они ничем не могли мне помочь — лейкоз не поддавался лечению.

Я позвала мужа и сказала: «Я умираю». Мы плакали с ним несколько часов. А потом он взял себя в руки и сказал: «Домой мы не поедем. Остаемся тут и будем бороться до конца». Ко всему прочему присоединилась бактериальная пневмония, которую лечить можно было только безумно дорогим препаратом, на который у нас не было денег. Тогда нам стал помогать Фонд Борьбы с Лейкемией. Мы ждали, когда химиотерапия подействует, чтобы провести пересадку костного мозга. Но при таком осложнении ее делать было нельзя, да и химия не помогала. Это был замкнутый круг.

Четвертый курс химии чудом избавил меня от бластов и через несколько дней после него мне сделали пересадку костного мозга, несмотря на остаточную пневмонию. Однако, все проходило под пристальным контролем микробиолога. Донором стал мой брат — он подошел мне на 100% и это было, по-настоящему, чудом.

«Главное — быть вместе»

В течение полугода муж был со мной рядом целыми днями. В Крыму у нас был бизнес и муж оставил все, чтобы помогать мне. Дело без него не выжило и пришлось все закрыть — ему было совершенно все равно. Главное — быть вместе.

Пока я лежала под капельницами, он приходил рано утром и уходил поздно вечером, когда я засыпала. Целыми днями он держал меня за руку. Я не могла быть одна — у меня начинались жуткие панические атаки. Мой муж — самый родной и близкий человек. Я знала, что если мне и суждено умереть, то я хочу умирать только рядом с ним — только так мне не будет больно и страшно.

«Мы ни с кем не встречались и никуда не ходили»

Наша дочка Вика тоже жила в Москве, в съемной квартире. Моя болезнь совпала с ее поступлением в ВУЗ. Мы боялись ее отпускать одну в чужой город, но, когда стало ясно, что мне самой придется лечиться в Москве, то вопрос решился сам собой. Муж разрывался между мной и Викой — ей тоже нужно было помогать, и он каким-то образом успевал везде.

Перед Новым Годом меня выписали и перевели в дневной стационар — мы сняли квартиру неподалеку. Этот праздник Нового Года мы встречали с мужем и дочкой, смотрели в окно на московский салют, и мне больше ничего не было нужно. Это был праздник счастья и целостности семьи. Ни один Новый Год я не встречала вот так — в полной гармонии с собой и миром.

Мне нужно было провести под контролем специалистов в Москве три месяца. В это время началось активное распространение короновируса. Было страшно. Я выходила только в маске, перчатках, обрабатывала руки антисептиками. Когда мы вернулись домой, где эпидемиологическая ситуации в несколько раз лучше, чем в Москве, я все равно соблюдала все правила. Мы изолировались — ни с кем не встречались и никуда не ходили.

«Все будет, но чуть позже»

После того, что я пережила в течение года в больнице, необходимость переждать этот карантин мне совершенно не страшна. Наверное, только люди после тяжелых болезней могут серьезно относиться к таким вещам. Все будет — и друзья, и магазины, и рестораны, но чуть позже. Сейчас нужно перетерпеть, чтобы после жить дальше.

Сейчас я дома, и прохожу контрольный курс противоопухолевого препарата. Так как моя болезнь долго не поддавалась лечению, то необходимо закрепить ремиссию. Сколько будет длиться терапия — никто не знает. Врачи из НМИЦ Гематологии держат мое состояние под контролем.

Единственное, что у меня отобрала болезнь — это покой. Тревога о том, что я могу умереть, никуда не уходит. Но эта тревога формирует собственную ответственность за жизнь. Если нужно ходить в маске — я буду в маске, нужно сидеть дома — никуда не выйду. Большинство людей все это время пандемии боялись и не хотели режима самоизоляции. Я же боюсь одного — заболеть. Остаться дома — это не страшно. Страшно не остаться в живых.

Помочь тем, кто лечится от рака крови сейчас, можно тут.

Мария Томич для Домашнего Очага

Им требуется ваша помощь

Посмотреть всех

Зубкова Ольга

Саратовская область, 40 лет, замужем, двое детей
Диагноз: миелодиспластический синдром

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Толмачев Антон

г. Москва, 36 лет, женат, есть сын
Диагноз: миелодиспластический синдром

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Иванов Алексей

г. Тверь, 34 года
Диагноз: миелодиспластический синдром

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Губанов Ринат

г. Ульяновск, 40 лет, женат, есть дочь
Диагноз: острый миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от российского донора

Рубан Нина

г. Москва, 69 лет, замужем, трое внуков
Диагноз: острый миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Яскевич Михаил

г. Санкт-Петербург, 31 год, женат, есть дочь
Диагноз: острый лимфобластный лейкоз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Елеев Алим

г. Нарткала, Кабардино-Балкарская Республика, 53 года
Диагноз: острый миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Захарян Армен

с. Спицевка, Ставропольский край, 32 года,
Диагноз: острый лимфобластный лейкоз

Трансплантация костного мозга от российского донора

Яблоков Артур

г. Москва, 34 года
Диагноз: острый миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Минажев Роман

г. Санкт-Петербург, 66 лет, женат, двое детей
Диагноз: острый миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от российского донора

Капунин Александр

г. Москва, 58 лет, женат, есть дочь
Диагноз: миелофиброз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Рыбин Геннадий

г. Москва, 58 лет, женат, есть дочь
Диагноз: миелофиброз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Харюшина Елена

г. Киров, 56 лет, есть сын
Диагноз: острый миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от российского донора

Заец Дмитрий

г. Колпино, Санкт-Петербург, 33 года, женат, есть дочь
Диагноз: лимфома Ходжкина

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Крестьянинов Александр

г. Москва, 37 лет
Диагноз: хронический миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Тубекова Ирина

г. Нальчик, Кабардино-Балкарская Республика, 58 лет
Диагноз: острый миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Быстров Дмитрий

г. Тосно, Ленинградская область, 34 года
Диагноз: острый промиелоцитарный лейкоз

Трансплантация костного мозга от российского донора

Куркина Прасковья

с. Мордовская Пишля, Республика Мордовия, 59 лет, замужем, двое детей
Диагноз: диффузная В-крупноклеточная лимфома

Сопровождение технологического процесса получения экспериментального индивидуального CAR-T-клеточного продукта

Дизик Наталья

г. Москва, 57 лет
Диагноз: острый лимфобластный лейкоз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Кустова Анастасия

г. Москва, 43 года, замужем, есть дочь
Диагноз: острый миелоидный лейкоз

Трансплантация костного мозга от зарубежного донора

Посмотреть всех