Врач не справится, если ты сдался

11 лет назад Марина Трифонова перенесла рак крови. Сейчас она активно занимается йогой, ездит на байке, работает бизнес-коучем, владеет своим кафе и помогает «Фонду борьбы с лейкемией». Что ж, сама история жизни Марины может служить мотивационной моделью.

1 мая 2008 года я родила второго ребенка. Почти сразу после выписки у меня поднялась температура 40, и меня отвезли обратно в Перинатальный центр. Там отправили на МРТ, а затем в ФГБУ «НМИЦ Гематологии», где и сообщили диагноз — лимфогранулематоз. Моей первой реакцией было абсолютное спокойствие. По дороге домой я пыталась представить, что я скажу маме. Войдя, я бодро сообщила: «У меня рак!» И тут у меня полились слезы. В нашей семье опция «слезы на людях» отсутствует в принципе. Поэтому в ответ я услышала: «Хватит рыдать, ты жить будешь?».

— Буду! — пообещала я.

Старшая дочь (ей тогда было 12) достала всю медицинскую литературу, которая была у нас дома, и стала искать варианты лечения. Мама 24/7 сидела с младшим парнем. Я держалась прекрасно и даже ездила на «химию» за рулем. Пока могла. А когда уже не могла даже ходить — рассекала по больнице в инвалидной коляске.

Было, правда, пару грустных моментов. Когда отменяют гормональную терапию, наступает состояние «ломки». Это ужасная боль в теле, которая не снимается ни одним препаратом. В какой-то момент появилась мысль: может, сдаюсь? Но одного взгляда на детей было достаточно, чтобы сказать себе: «Так, стоп! Все будет хорошо!».

Как только я узнала о том, что меня ждет химиотерапия, я пошла в салон красоты и сделала короткую стрижку, весело объявив при входе: «Мне сейчас будут делать химию! Стрижемся коротко». Народ попадал в обморок.

Лечение очень сказалось на внешности. Лысая голова, лишний вес и лицо, которое от гормонов разъехалось вширь. Когда у меня начали выпадать волосы, я взяла станок и сама побрилась налысо. Интересно, что я всегда мечтала это сделать. Правда, не в такой ситуации…

Мне было сложно смотреть на себя в зеркало и я купила самый дорогой парик из натуральных волос. Но все равно парик жил своей жизнью, а я под ним своей. После химии я торжественно спустила его в мусоропровод.

На время лечения я не бросала работу, занималась дизайном интерьеров и изготовлением мебели. И когда позже посмотрела на документы, которые отправляла заказчикам, была просто в шоке — так криво все было составлено. Спасибо этим замечательным людям, что не отвернулись от меня.

В середине осени я начала немного приходить в себя, ездила за рулем, работала. Одним из моих заказчиков был фитнес-клуб. Ребята подарили мне свою карту, но я за год ни разу не сходила, так мне было тяжело. А после, в конце года, мне позвонила управляющая и предложила попробовать занятия йогой. И тогда началась моя настоящая реабилитация.

Медитацией я занималась еще до заболевания. Я давно была знакома с даосскими практиками и различными техниками, и вновь вспомнила о них в самые тяжелые периоды лечения. Также медитация помогла мне «привести в порядок» голову.

Спустя 5 лет после лечения, я развелась со вторым мужем и пошла в… школу бега, где проходила подготовка к забегу в Лондоне на дистанцию 10 километров. Через несколько дней после начала тренировок я узнала, что это огромный ежегодный забег, все деньги от которого идут в фонд борьбы с онкозаболеваниями. Это оказалось очень трогательно — у многих бегунов на спине было написано: «Бегу в честь погибшей мамы», «В честь подруги, которая смогла победить». Я бежала в честь себя.

Я бизнес-тренер и много общаюсь с разными людьми, среди которых есть и люди с онкозаболеваниями. Я всегда делюсь информацией, контактами врачей, моих друзей из фондов. Я не скрываю, с какой болезнью столкнулась в свое время. Кстати, тогда было очень странно ходить в маске. Сейчас довольно много людей выходит на улицу в таком виде, а 11 лет назад люди от меня просто шарахались, в глазах читалось: «А вдруг я заражусь, и у меня тоже будет рак?».

Где бы я ни была, чем бы ни занималась, я всегда стараюсь продвинуть тему благотворительности. Я владею кофейней, и мы сейчас сотрудничаем с «Фондом Борьбы с Лейкемией». Периодически мы перечисляем часть суммы от покупки определенного кофе в фонд. Вы только представьте — вам не нужно ничего делать. Вы просто пьете свой кофе! Помогать легко!