05.20

Карантинная квартира


Что делать врачам в карантине

Глава реанимационного отделения московского Гематологического центра Геннадий Галстян две недели провел в пустой квартире. Ничего страшного, квартира сына, уехавшего работать за границу. А спрятался в этой квартире доктор потому, что контактировал с пациентом, у которого потом обнаружили коронавирус.

Реанимация – это интимное дело. Интубировать больного значит вдохнуть очень много микрофлоры из его дыхательных путей. Вирус при интубации передается примерно так же эффективно, как при поцелуе. А Гематологический центр – не «ковидная» больница, в ней как лечили рак крови, так и лечат. Но вот, рассказывает доктор Галстян, уже про четыре десятка пациентов выяснилось, что у них мало того, что лейкоз, так еще и COVID. Клиника не переоборудована в инфекционную. Нет возможности одеть докторов в скафандры, как в Коммунарке. Но остановить распространение коронавируса внутри онкогематологических корпусов – необходимо. Пациенты с лейкозами – самая что ни на есть группа риска, у них пережить коронавирус почти нет шансов. Вот доктор Галстян и спрятался в пустую квартиру сына, просидел там две недели, пока не вышел инкубационный период и тесты на коронавирус не дали дважды отрицательного результата.

А что делать, если пустой квартиры нет? Многие молодые врачи, работающие в Гематологическом центре, живут в общежитии. Медсестры и санитары ездят общественным транспортом. Что будет, если персонал Гематологического центра заразится COVID-19? Кто будет лечить людей от рака крови?

В условиях эпидемии руководство клиники принимает защитные меры – недостаточные, но какие возможно. Врачам на время эпидемии запрещено совместительство. Нельзя работать на нескольких работах, как делали многие. То есть доктора на время эпидемии ощутимо обеднели.

Каждая госпитализация теперь начинается с карантина. Пациент поступает не сразу в палату, а лежит сначала в изолированном боксе, пока дважды не получит отрицательный коронавирусный тест. Это плохо, некоторые виды рака крови требуют быстрого лечения. Это плохо еще потому, что госпитализация замедлилась и нельзя помочь всем нуждающимся. Но это лучше, чем эпидемия коронавируса среди онкологических больных.

К пациентам врачам и медсестрам можно подходить теперь только в маске, в очках и в перчатках. Но не в полной защите, потому что полной защиты просто нет, для клиник, не считающихся коронавирусными, она не предусмотрена.

А при малейшем подозрении, что тот или иной доктор мог контактировать с пациентом, больным коронавирусом, этот доктор отправляется в карантин. Чтобы не разносить вирус по своим пациентам и не привозить домой, детям и пожилым родственникам, потому что, если семья заболеет, какой из доктора работник?

Куда в карантин? В том-то и дело, что некуда.

На время эпидемии, как минимум на два ближайших месяца Фонд борьбы с лейкемией снимает для врачей Гематологического центра карантинные квартиры неподалеку от клиники. И еще покупает средства индивидуальной защиты, которые для онкогематологов не предусмотрены, но в условиях эпидемии нужны. Эти защитные меры обойдутся в 4 800 000 рублей.

Текст: Валерий Панюшкин
Помогите им. Эпидемия среди онкологических больных – это почти верная смерть. Допустить ее нельзя.

Поделитесь публикацией с друзьями:

Связанный проект:

  • Цель сбора: Поиск неродственного донора костного мозга в России и за рубежом, заготовка трансплантата и доставка для последующего выполнения трансплантации костного мозга