03.16

Марафон


На www.snob.ru вышла колонка Валерия Панюшкина о нашем волонтере Ане Бычковой.

Про полумарафон в Сан-Франциско мне рассказала Аня Бычкова, блондинка с озорными глазами. Я-то про полумарафон ничего не понимаю, у меня в голеностопном суставе железяка, так что бегать я могу только во сне. А Аня бегает.

Это у нее такая странная реакция на перенесенный рак крови. Ну, то есть как перенесенный — живет на «Гливеке». Есть такое лекарство «Гливек», которое если употребляешь при хроническом миелолейкозе постоянно (как диабетики инсулин), то здоров. А если не употребляешь, то средняя продолжительность жизни пять лет. Этот самый «Гливек» или его дженерики пациентам покупает государство. Так что у Ани все в порядке, в отличие от тех пациентов, которым нужна трансплантация. Ей не нужны даже деньги на препараты. Только вот странная реакция — бегает марафоны. До болезни не бегала, а теперь бегает.

Она вообще рассказывала мне про несколько своих странных реакций. Про то, что когда врачи шушукались над ее анализами, то было страшно, а когда сказали прямо: «У тебя рак», то страшно быть перестало. Про то, что терпеть пункцию легче, если думаешь и разговариваешь с врачом о дочке. Про то, что на обследования Аня ходила не с мужем, а с папой — так ей казалось надежнее. Потому что в Аниной юности, когда из-за несчастной любви Аня порывалась выйти в окно, папа ее от суицида не отговаривал, а просил только отложить суицид на три дня. Три дня прошло, суицидальные настроения сами собой рассосались, но отец приобрел в Аниных глазах какую-то особенную надежность. Такую, чтобы именно его брать с собой на онкологические обследования. Это уже не первый раз я сталкиваюсь с тем, что для молодых женщин, больных раком крови, главным человеком вдруг становится отец.

А вот с тем, что рак вызывает жгучее желание бегать марафоны, я сталкиваюсь впервые. Аня вообще рассказывает, что когда «Гливек» начинает действовать, когда число раковых клеток в крови падает почти до нуля, приходит какое-то острое ощущение полноты жизни. Как-то очень сильно понимаешь, что вода мокрая, трава зеленая, ветер свежий, люди живые... И особенно отчетливым это чувство становится, когда бежишь. Поэтому хочется бежать долго — марафон.

На старте довольно некомфортно, много народу, толкаются. Аня стоит такая в майке Фонда борьбы с лейкемией, потому что она активистка. Полумарафон в Сан-Франциско вообще посвящен борьбе с раком. Тут много активистов в майках своих благотворительных фондов. Стоит такая с надписью leikozu.net на груди. И муторно, тесно.

Но когда дают старт, когда вся эта толпа растягивается по улицам в зависимости от того, у кого сколько сил, когда разогреваются мышцы и выравнивается дыхание — становится хорошо. Бежишь и чувствуешь, что живая. И люди вокруг тебя живые. И вдоль обочин тоже стоят люди, болельщики, много.

Там, в Сан-Франциско горы, вы знаете. Бежать в гору трудно. И вот на этих подъемах особенно густо люди стоят на обочинах и тянут к бегунам руки для секундного рукопожатия. Пробегая мимо, ты можешь хлопнуть по ладони мужчину или женщину, старика или ребенка — и вроде как тебе легче. Взбегаешь на гору и открывается вид на мост Золотые Ворота — как подарок тебе, приз за упорство. Так рассказывала мне Аня.

А я вам это рассказываю, чтобы попросить вас подписаться на рекуррентные платежи в пользу Фонда борьбы с лейкемией. Это когда совсем небольшая сумма, сто рублей, например, списывается с вашего счета, но регулярно, раз в месяц. Потому что поправить в России онкогематологию — это марафон. Мы стартовали и бежим. Деньги понадобятся нам сегодня, завтра, через год… Не знаю, доберемся ли мы до финиша. Не знаю, когда откроется вид на какие-нибудь золотые ворота. Но если вокруг стоят люди и помогают хотя бы немножко, то вроде как легче.

Подписаться на рекуррентные платежи в пользу Фонда борьбы с лейкемией можно здесь.

Текст: Валерий Панюшкин

Фото: Любовь Родина

Поделитесь публикацией с друзьями: